В учительской среде наметился новый и очень опасный тренд. На смену классическому эмоциональному выгоранию, когда педагог рыдает в подсобке от усталости, пришел «феномен пассажира».
«Пассажир» – это не ленивый учитель. Это педагог, который делает ровно столько, чтобы его не уволили. Он не хамит родителям, вовремя сдает отчеты, проводит уроки по методичке. Но он избегает любой ответственности, перекладывает инициативу на других и подключается только к финальному результату. В школе, где личный вклад часто размыт общими показателями (средний балл по ЕГЭ, рейтинг школы), таких «попутчиков» становится всё больше. Почему? Наша система образования построена так, что личный вклад трудно различить, ответственность размывается, а сильные сотрудники вынуждены компенсировать слабых. Система сама начинает поощрять «пассажиров».
В школе это проявляется особенно ярко. Вот основные причины, почему педагог превращается в «попутчика»:
- Иллюзия бессмысленности. Когда сверху спускается десятый по счету абсурдный ФГОС или требование заполнить очередную форму мониторинга, учитель понимает: стараться сверх меры не имеет смысла. Инициатива наказуема, а за формальное выполнение инструкции платят одинаково. Зачем изобретать методику, если можно скачать конспект?
- Размытые зоны ответственности. В школьном коллективе часто непонятно, кто за что отвечает. «Пассажир» мастерски использует это. Если мероприятие провалилось – виноват завуч по воспитательной работе. Если дети написали плохо – виноват репетитор или «плохой набор». Сам учитель остается в тени.
- Токсичная среда и отсутствие справедливости. А главный риск заключается в том, что бездействие «пассажиров» демотивирует сильных педагогов. Когда один тащит на себе класс, а другой просто отбывает номер, и оба получают одинаковую зарплату, у лучших возникает ощущение несправедливости. Они либо «внутренне увольняются», либо уходят из школы. «Пассажиры» заражают коллектив цинизмом.
- Поколенческий фактор. А тут еще пришло новое поколение, которому не свойственно «без приглашения высказывать мнение». Они не саботируют работу, они просто ждут четкой команды. В школе, где директор не дает четких инструкций, такие учителя просто замирают.
И вот тут у директора школы должно быть понимание существенной разницы. Выгоревший учитель – это человек без сил, которому нужна помощь, тишина или отпуск. «Пассажир» – это человек, который работает строго по инструкции и только по ней. Он срывает сроки (например, сдачи ВПР), но не предупреждает об этом, надеясь, что «Марья Ивановна из соседнего кабинета всё спасет». Он пассивно сопротивляется любым изменениям. Если вы просите его провести вебинар, он найдет сто причин, почему не работает камера, но не скажет: «Я не хочу». При этом важно отличать его от перегруженного: «пассажир» часто имеет свободное время, но тратит его на разговоры в коридоре, а не на проверку тетрадей.
К сожалению, Минпрос всеми своими некомпетентными действиями пытается превратить школу в конвейер, управление которым осуществляется нажатием кнопки. Такой подход как раз и порождает гибельный для системы синдром «пассажирства». Но школа – это не сборочный цех, это организм. И «пассажиры» – это тромбы. Они не дают крови (ресурсам и энергии) двигаться к мозгу (детям и качественным результатам). Поэтому директорам школ приходится бороться с последствиями «мудрого управления», порождающего все новые проблемы. Новые конфликты неизбежны, потому что оставлять «попутчиков» в покое ради «стабильности» нельзя – это на самом деле убивает школу, заставляя лучших учителей уходить туда, где ценят реальный вклад, а не присутствие на рабочем месте. При этом следует понимать, что с молодыми «пассажирами» нельзя действовать авторитарно – они еще не потеряны для педагогики. Если они молчат на педсовете, это не значит, что им нечего сказать, их просто нужно встроить в систему, ставя конкретные задачи, за которые можно конкретно спросить. Директор должен сам инициировать разговоры, задавать вопросы: «А как бы вы сделали этот проект?». Без личного контакта и деликатности их мотивацию не поднять.
Поэтому директору следует чаще выступать в роли архитектора, а не надзирателя: выстроить систему, где за каждой задачей стоит фамилия, а за каждым рублем премии – конкретный результат. Только тогда «пассажиры», лишившись возможности ехать зайцем, либо возьмут на себя управление, либо сойдут на первой же станции, освободив места для тех, кто пришел в школу учить, а не просто отбывать номер.
