Министерство просвещения снова отличилось. На этот раз ведомство спустило «на землю» эпохальный документ – проект приказа о численности педагогов-психологов в школах. Согласно бумаге, на каждые 300 учеников должен приходиться один специалист. Цифра красивая, забота о ментальном здоровье детей выглядит внушительно.
Но если снять розовые очки и прочитать текст внимательно, становится ясно: перед нами очередная бюрократическая пустышка. Очередной симулякр деятельности от людей, которые давно потеряли связь с реальностью российского образования.
В новом проекте приказа содержится весьма свойственная Минпросу формулировка: «может быть введена штатная единица». Как пояснил частнопрактикующий юрист Олег Самсонов изданию «Известия», это классический правовой парадокс. Приказ министерства после регистрации в Минюсте становится общеобязательным нормативным актом. Но слово «может» превращает его в тыкву.
Это так называемая управомочивающая норма. Она дает школе право ввести должность психолога, но абсолютно не обязывает этого делать. Это, кстати, вторая версия документа. Первая, образца 2023 года, звучала категорично: «в штатное расписание вводится…». Тогда бумагу завернуло Минэкономразвития, справедливо указав, что у регионов нет на это денег.
Вместо того чтобы биться за бюджет или признать проблему нехватки средств, чиновники из Минпроса просто… переписали глагол. Теперь приказ имеет силу закона, но соблюдать его не обязательно. Вы понимаете уровень цинизма? Министерство плодит макулатуру, которая звучит грозно, но ответственности ни на кого не накладывает. Если в школе случится трагедия по вине отсутствия психолога, директор разведет руками: «Так в приказе же написано «может», а финансирования вы нам не дали».
Давайте посмотрим на цифры, которые стыдливо прячет министерство. В России учится почти 18 миллионов школьников. По новым (простите, рекомендательным) нормам стране нужно около 60 тысяч специалистов. Сейчас их работает чуть более 30 тысяч человек. Дефицит – почти 30 тысяч ставок.
Денег на это великолепие федеральный центр выделять не собирается. Читаем финансово-экономическое обоснование: реализация проекта «не потребует выделения дополнительных ассигнований из федерального бюджета». То есть регионы должны найти эти миллиарды сами. У муниципалитетов дыры в бюджетах такие, что в них грузовики проваливаются, а им предлагают оплатить психотерапию для всей страны.
Результат предсказуем: без финансирования вновь установленный норматив останется ориентиром. Тем самым ориентиром, которым школы подтираются уже десятилетиями.
Даже если чудом представить, что ставку вдруг открыли, кто будет работать? У нас нет такого количества специалистов, их еще нужно подготовить.
Школьный психолог превратился сегодня превращается в биоробота для заполнения отчетов. Он должен выполнять функции скрининга, диагностики и профилактики. Но когда на одном человеке висит вся школа – от первоклашек до выпускников, плюс отчеты для Рособрнадзора, плюс работа с выгоревшими учителями – какая, к черту, профилактика? Специалист переходит в режим пожарной команды. Он занимается только острыми случаями: когда ребенок уже сиганул из окна или принес нож. Работа на опережение невозможна физически.
Минпросвещения делает вид, что решает проблему подростковых суицидов и буллинга, создавая бумажные рабочие места. Но бумага не разговаривает с детьми. С ними должен разговаривать живой, спокойный и квалифицированный специалист, у которого есть время хотя бы запомнить имя ученика. А не совместитель-историк, которому всучили полставки «для галочки».
Этот приказ – плевок в лицо всему педагогическому сообществу. Министерству пора прекратить имитировать бурную деятельность. Либо дайте регионам деньги и напишите жесткий обязательный закон, либо честно признайтесь: обеспечение психологической безопасности детей государство больше не интересует. Хватит прятать свою несостоятельность за формулировкой «может быть». От этой фразы веет могильным холодом равнодушия.
